На сайте проводятся технические работы


Попробуйте зайти позже

Виниловый клуб: Подари мне любовь, или Парк музыкантского периода

Записанный на выступлениях Джорджа Харрисона в конце 1974 года в США материал пришлось отправить в архив, поскольку жаждущая услышать старые битловские вещи ностальгически настроенная публика не простила импровизаций с аранжировками и текстами даже бывшему участнику великой четвёрки. Выпуск второго концертного альбома был сорван – но попытка с “Live in Japan” (1992), к счастью, удалась,- что и много лет спустя даёт повод пообщаться на эту тему. Интернет-гость клуба Петропавловск. news – барабанщик Стив Ферроне.

— Стив, не хочется задавать банальных вопросов – давайте просто начнём с самого начала…

— О’кей. Впервые я встретил Джорджа в Альберт-холле, когда играл с Эриком Клэптоном. Он часто навещал Эрика и всегда был очень любезен со всеми нами, музыкантами. Во время одного из таких визитов Джордж упомянул о том, что ему предложили поехать в Японию, а когда Эрик поинтересовался, почему он колеблется, посетовал: нет группы. На что Эрик ответил предложением – не подойдём ли Джорджу мы (то есть его команда). Ну вот, остальное, в общем, известно…

— Скромность и обаяние Харрисона в самом деле могли бы войти в поговорку.

— Джордж был одним из самых добрых, великодушных, милых людей, каких только можно пожелать встретить лично. Его дух живёт в его доме и его семье. Оливия и Дхани до сих пор остаются частью моей жизни и жизни моих близких. Те, кто любил Джорджа, также являются частью его жизни по сей день, и у всех нас неизгладимые впечатления и воспоминания о днях, проведённых с ним. И между собой после его ухода.

 

— Каким будет Ваш штрих в его музыкальный портрет?

— В музыкальном плане он был великолепен. Замечательный, плодовитый автор песен, он иногда сам не осознавал, насколько знаковыми были некоторые из его выступлений. Отличаясь особой, глубокопрочувствованной игрой на гитаре, он также играл на укулеле. Оливия мне как-то рассказывала, что он почти всё время ходил с тем или другим в руках, наигрывая что-нибудь новенькое или старенькое. В своей личной и профессиональной жизни Джордж обладал удивительным смирением и верой в духовное. Это была нить, которая связывала всё воедино…

 

— В случае с “Live in Japan” всё ведь оказалось уже не так сложно, как в 1974-м в Америке?

— Да ну, шутишь, что ли… Это было так весело! Кстати, некоторые фаны, которые были там, и сейчас собираются по старой памяти, когда я отправляюсь в Японию. Поклонники, специально прибывшие – заметь! — из США, чтобы увидеть и услышать шоу. Встречаешь их в аэропорту – все уже довольны и счастливы. Заслуга Джорджа, конечно…

— Какова была степень студийной доработки альбома?

— Минимальная корректировка, очищение от шумов – и в итоге вышло то, что вы слышите. Это ж та самая команда, что была на “24 Nights” и “Unplugged”. Могла и всё ещё может выступать!

 

— Тем более для столь благодарной публики…

— Да уж, японские фаны любят западную музыку. У них в Токио есть местечко под названием Yoyogi Park, где по воскресеньям играет огромное количество музыкантов. Бит-группы, джаз-бэнды, есть ребята, очень хорошо исполняющие цеппелинов, роллингов. То есть на тебе хоть металл, хоть фолк, хоть сальсу – они не забывают тебя, они знают и понимают твою музыку. Это место, где музыканты не стареют и не забываются. Они любят нас, и мы отвечаем им взаимностью. Вот однажды, например, один парень взял да и написал “Give Me Love”. Не подскажешь, кто это был?

Фото на сайте http://steveferrone.com/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *